Лев Толстой на Кислых Водах

С именем великого русского писателя Льва Николаевича Толстого связан и наш ку­рортный город, хотя пребывание его на Кислых Водах было совсем коротким, а за­писи в дневнике весьма лаконичны: «1853 г. 9 — 11 августа. Поездка в Кисловодск, прогулка по парку, питье нарзана, прием нарзанных ванн. Посещение «Рестора­ции». 3-4 сентября. Вторичная поездка в Кисловодск».

Попробуем себе предста­вить курорт у Кислого ко­лодца того времени — сере­дины XIX века и совершить своего рода виртуальную поездку вместе с Толстым. В ту пору было открыто ре­гулярное движение омнибу­сов между городами Кавказских Минеральных Вод. Омнибус представлял со­бой подобие широких многоместных дрожек, достаточно вместительных и удобных.  Стоимость проезда от Пятигорска до Кисловодска составляла «в ли­нейке — 1 руб., сзади — 30 коп». Кисловодский омнибус выезжал из Пятигор­ска в 7 часов утра, прибывал к месту назначения в 11 часов.

Омнибус прибывал к казенной гостинице — ресторации, построенной вблизи источника нарзана ещё в 1823 году. Здание было подвергнуто капиталь­ной перестройке в 1847 — 1849 гг. по проекту архитектора С. И. Уптона. К лету 1849 года «дом благородно­го собрания» приобрел не­сколько иной облик. Фасад здания заново окрасили «дикою краскою», покрыли его «железною крышею с водосточными трубами, окрашенною медянкою».

Стены были подняты на 2 метра. Внутри дом разделен на 6 помещений: главный зал, дамская гостиная и дамская уборная, мужская гостиная, буфет с кухнею. Зал ресторации в светло-голубых тонах стал намного просторнее, в нем появились особые хоры для оркестрантов. Помещение было украшено большими зеркалами в красивых рамах, стояли изящные ломберные столики, скамьи для отдыха вдоль стен. Уютными были и другие помещения казенной гостиницы. С 10 мая 1835 года содержателем ре­сторации значился таганрогский купец 3-й гильдии Петр Афанасьевич Найтаки, а также его сын Алексей, ставший пятигорским купцом 1 -й гиль­дии. И весной 1851 года по распоряжению кавказского наместника М. С. Воронцова казенные ресторации и все омнибусы на КМВ были пе­реданы на содержание купцу Алексею Найтаки.

Точных сведений о том, где останавливался Лев Толстой, не имеется. Но краеведы, исследователи склоняются к мнению, что это, скорее всего, мог быть дом А. Ф. Реброва. К тому же писатель вполне мог поселиться в одном из флигелей этой знаменитой усадьбы. Местоположение дома было наиболее удобным, фактически он находился в самом «сердце» курорта. Алексей Федорович, как рачительный хозяин, оборудовал всё по уму, создав максимум комфорта для своих именитых постояльцев. С северной стороны располагался большой фруктовый сад. У западной ограды усадьбы, где стоял удобный домик с большой каменной ванной, он устроил в 1848 году небольшую часовню с купелью.

Верующие могли во всякое время прийти сюда и помолиться перед святыми образами «во исцеление». Сле­дует отметить, что спрос на комфортное жилье предприимчивого Реброва был достаточно велик, заполучить тут комнату в разгар сезона было делом непростым.

Существовало в этот пе­риод еще одно удобное ме­сто для проживания. Я имею в виду номера ресторатора Алексея Найтаки. В 1850 году он построил позади ресторации два одноэтажных жилых флигеля из саманного кирпича под камышовой крышей. В этих помещениях он устроил летние меблированные номера для посети­телей Вод. За номер с большой комнатой и передней взималась плата — рубль серебром в сутки. Так что Лев Николаевич мог здесь снимать жилье на время своего  короткого пребывания в Кисловодске.

Тут же совсем близко находился источник нарзана.

К 1853 году значительно преобразился Курортный парк. Вдоль реки Ольховки, одетой в высокую набережную из дикого камня, произ­растало множество деревьев и кустарников. Благодаря заботам князя М. С. Ворон­цова, здесь высаживались лучшие сорта зеленых насаждений и цветочных куль­тур, доставляемых из Никитского и Тифлисского садов. Густая тень позволяла пря­таться от сильного солнца, прогулки по парку в полуденное время стали модным времяпрепровождением для многочисленной курсовой публики.

Еще одной важной достопримечательностью Кисловодска стал центральный бульвар, обновленный и украшенный новыми посадками. Особенно красиво смотрелись 200 бельбекских (крымских) пирамидальных        тополей в сочетании с липами. Уже тогда бульвар стали называть Тополевой аллеей. Некоторые курсовые именовали его на немецкий манер Unter den Pappeln (Под тополями).

Наверняка писатель побывал в Кисловодской слободе с крепостью. В ней находилось более 200 домов военных поселян с «кое-какими садами». Сама крепость подверглась капитальной перестройке в 1849 — 1851 гг. по проекту все того же архитектора С. Уптона. В целом крепость сохранила свою прежнюю площадь и частично даже основную конфигурацию. В исходящем углу была выстроена двухъярусная башня, которая обеспе­чивала из нижнего яруса фланговую оборону рвов, а из верхнего — обстрел впереди лежащей местности. С юго-западной стороны находились ворота.

На открытом пространстве перед крепостью устраивался своеобразный базар, тут велась активная торговля продуктами питания для нужд курсовых, её обеспечивали слобожане и местные горцы. Здесь же прово­дились массовые гулянья в честь знаменательных торжеств и праздников.

Думаю, что посещение Кислых Вод способствовало творческому подъему писателя. Не случайно позднее появилась его запись в дневнике: «Я начинаю любить Кавказ хотя посмертной, но сильной любовью. Действительно, хорош этот край дикий, в котором так странно и поэтически соединяются две самые противоположные вещи — война и свобода».

 

 

 

 

 

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Обсуждение закрыто.